«Вода Живая»: Храм XXI века


Издревле на Руси в память о ­каких-то событиях, радостных или скорбных, строили храмы. С течением времени появились светские монументы, но традиция храмов-памятников не прерывалась до 1917 года. В наши дни она возрождается. Одним из таких памятников в городе на Неве станет церковь великомученика Димитрия Солунского в Красносельском районе: будущий храм посвящен жертвам теракта, совершенного 31 октября 2015 года на борту рейса 9268 в небе Синайского полуострова. 

Журнал: № 9 (сентябрь) 2020Автор: Татьяна КириллинаФотограф: Станислав Марченко Опубликовано: 23 сентября 2020

ЖИВОЙ ПАМЯТНИК

— Террорист заложил бомбу в багажный отсек вместе с детской коляской, — говорит настоятель иерей Сергий Кубышкин. — Когда произошла эта катастрофа, во всех храмах города стали совершать панихиды. В записках люди часто писали: «Все, кто погиб на Синае». Раз в месяц вместе с родственниками погибших на борту самолета мы совершаем панихиды в Троице-­Измайловском соборе, где я служу. И всегда поименно поминаем каждого из 224 погибших в этом рейсе.

У отца Сергия в этой авиакатастрофе погиб друг, а также сын преподавателя. Он обратился к родственникам погибших, создавшим благотворительный фонд «Рейс 9268», с предложением увековечить память их родных и близких в православном храме.

— Отец Сергий в свое время был учеником Валерия Эрнстовича Гордина, преподавателя Высшей школы экономики в Санкт-­Петербурге, у которого в этой катастрофе погибли сын и невестка, — рассказывает Ирина Захарова, председатель совета фонда «Рейс 9268». — Валерий Эрнстович и привел отца Сергия на одно из наших собраний. Отец Сергий предложил, если мы не против, начать строительство храма-­памятника. Эта идея была встречена очень тепло, несмотря на то, что вероисповедания у погибших были разные. Так состоялось наше первое знакомство.

В феврале 2016 года представители благотворительного фонда «Рейс 9268» обратились к губернатору Санкт-­Петербурга с просьбой об увековечении памяти их родных и близких. Администрацией города было принято решение выделить участок под строительство социального центра с храмом великомученика Димитрия Солунского на берегу Матисова канала.

Этот участок был выбран по нескольким причинам. Отсюда открывается прекрасный вид на канал. Кроме того, участок находится в зоне общественно-­деловой застройки, что позволило избежать строительства в парковой зоне или уплотнительной застройки.

Конкретное расположение в квартале 38–6 было предложено главным архитектором Санкт-­Петербурга, руководителем комитета по градостроительству и архитектуре Владимиром Григорьевым: «По моему мнению, это место идеально подходит для строительства храма. Это очень интересное место, оно находится на завершении Матисова канала. Храм будет отражаться в акватории, завершать перспективу канала», — сказал он.

— В нашем центре будут совершаться добрые дела в память о погибших. Можно было бы, конечно, поставить памятник жертвам катастрофы, но памятник — это мертвое сооружение, а добрые дела, которые мы будем делать, — живые, они меняют окружающий жестокий мир, — считает отец Сергий.

Храм и памятник будут выполнены как единый архитектурный комплекс. Внутри установят доски с именами погибших. На каждом богослужении будет происходить их поименное поминовение. Поскольку в катастрофе погибли граждане не только Российской Федерации, но и Белоруссии и Украины, храм будет освящен в честь покровителя всех славянских народов — святого великомученика Димитрия Солунского. 

Агрессивный? Значит, не православный! 

— Предложение построить храм исходило от отца Сергия, но потом мы всё делали вместе: проходили согласования, ходили на все встречи, в комитет по градостроительству и архитектуре, в Законодательное собрание, во все высокие кабинеты, которые были задействованы в решении вопроса, — продолжает Ирина Евгеньевна. — Мы доказывали, что это нам необходимо, и в результате наш проект получил путевку в жизнь, хотя было немало противников. Пришлось испытать много боли, которую мы не заслужили после того, что случилось с нашими близкими. Этот храм выстрадан, и все родственники очень его ждут. Я удивляюсь, что нам вообще ­кто-то шел навстречу. Пока эти события были у всех на слуху, ­чего-то можно было добиться, а если бы мы сейчас начали, ничего бы не получилось. Во властных кабинетах — множество людей, они вроде туда посажены, чтобы помогать, но их заботит совсем другое. Отец Сергий приезжает ко мне, когда меня «накрывает», пытается ­как-то утешить. Они одногодки с моей погибшей дочерью… Я его часто спрашиваю: почему люди такие, почему у них нет никакого сочувствия? Иногда даже страшно. Есть, конечно, хорошие люди, но их не так много. Я тридцать шесть лет отработала в школе, мне всегда казалось, что правда побеждает. Но сейчас у меня нет такой уверенности…

На согласование проекта ушло четыре года.

— У нас был принцип: никакого самостроя, всё должно быть законно, — рассказывает иерей Сергий Кубышкин. — Были произведены геологические, экологические изыскания, топографическая съемка местности, оценка влияния капитального строительства на акваторию, поскольку рядом канал. Иногда удавалось договориться, чтобы исследования проводились за меньшую сумму. Кроме того, наша территория находится в зоне воздушного пути аэропорта «Пулково». В районе есть здания втрое выше, чем наш храм, и они никого не волнуют, но для строительства храма надо было получить согласие Росавиации. Для этого пять аэродромов пришлось объехать — не только «Пулково», но и все военные аэродромы. Потом надо было добиться резолюции 76‑й армии ПВО, что мы не представляем угрозы для обороны нашей Родины. Это я примерно сотую часть рассказываю всего, что было пройдено. Некоторые фирмы предлагали «сами всё сделать», но услуги их недешево стоили, да и спокойнее самому быть уверенным, что придраться не к чему. Для того чтобы построить храм, мы внесли изменения в два городских закона. Огромную помощь оказали министр иностранных дел Сергей Лавров, поддержавший инициативу по строительству храма в «Балтийской жемчужине», предыдущий губернатор Санкт-­Петербурга Георгий Полтавченко, бывший вице-губернатор Петербурга Игорь Албин, бывший советник митрополита Варсонофия и нынешний заместитель руководителя администрации губернатора Санкт-­Петербурга Валерий Калугин и многие другие неравнодушные люди. Отдельная благодарность епархиальному юристу Наталье Большаковой, всегда дававшей очень правильные и грамотные советы по земельным вопросам.

В наше время, что греха таить, строительство храмов не всегда вызывает адекватную реакцию. И здесь, как только узнали, что в районе будет церковь, сразу же сформировалась «инициативная группа» храмоборцев — ­кто-то действовал сознательно, ­кто-то поддался на провокацию. На стенах домов, автобусных остановках и т. д. появились листовки, в которых утверждалось, что храм будет построен на месте поликлиники, причем на деньги, выделенные на её строительство. Обращались с этими претензиями к губернатору, в СМИ, размещали петиции на Change.org.

— Сначала мы хотели разместить в ответ свою петицию, а потом решили, что это совершенно не нужно, — объясняет отец Сергий. — Православные не могут быть агрессивными: если ты агрессивный, ты уже не православный. Злу нужно давать отпор, не отвечая злом на зло. Разговаривай с людьми, встречайся, объясняй — но не реагируй на провокации. Мы проводили встречи с участием районной администрации, показывали всем желающим: вот поликлиника, вот храм, у них разные участки. Очень помог благочинный, протоиерей Михаил Подолей, поддержавший нас в это очень непростое время. Большинство людей успокоились. Пройдя эту школу, могу сказать, что молодых священников нужно к подобному готовить, потому что везде на местах могут найтись такие «активисты». Помню, меня просто провоцировали, хотели вывести из себя: задавали каверзные вопросы, даже прямо оскорбляли, причем делали это анонимные персонажи в сети, прячущиеся за непонятными аватарками. Тут нужно держаться, не «выдавать» ту реакцию, которую они ждут, потому что они эту реакцию запишут, растиражируют, и это будет ущерб репутации Церкви. С убежденными антиклерикалами договориться невозможно, у них всегда одинаковый набор «аргументов»: будет очередь из гробов под окнами, колокольный звон не даст спокойно спать, очередной «поп на мерседесе» будет тянуть из народа последние деньги и так далее. Но с обычными людьми, которые слушают то, что им говоришь, вполне можно прийти к соглашению. Этот опыт для всей России актуален.2 июля 2019 года было открыто разрешение на строительство первой очереди — социального центра, в феврале 2020-го получено разрешение на строительство второй очереди — храма. Уже разработан котлован, забито 169 двенадцатиметровых свай, залит фундамент (только на него ушло 700 кубометров бетона) и монолитные конструкции первого этажа. В настоящий момент идет строительство притвора и монолитных колонн храма, параллельно ведутся работы по отделке социального центра.20 июня начался очередной этап строительства храма великомученика Димитрия Солунского: были залиты бетоном алтарная апсида и перекрытие первого этажа. Продолжение работ стало возможно благодаря помощи петербургского мецената, главы фонда «Созидающий мир» Вячеслава Заренкова, который пожертвовал арматуру и бетон для заливки перекрытия храма.

— От всего сердца благодарю Вячеслава Адамовича, — говорит отец Сергий. — Благодаря его помощи для нашего храма было приобретено 200 кубометров бетона, 36 тонн арматурной стали, забито 169 свай в основании фундамента. Благотворительный фонд «Рейс 9268» обратился к Вячеславу Адамовичу на четвертую годовщину катастрофы, он сразу же откликнулся и помог оплатить стоимость свай и работ по их забивке, что позволило приступить к дальнейшим этапам строительства.

Параллельно идет строительство наружных сетей теплоснабжения, водоснабжения и водоотведения.

— Строительство сетей идет настолько активно, что строители храма ворчат, что им перегородили полплощадки и не дают развернуться, — улыбается отец Сергий. — Хочу от всего сердца поблагодарить компанию «Универсал-­Строй СПб» и её руководителей, Сергея Ковалёва и Юрия Мещанина, которые уже почти год в условиях жесткого кризиса «тянут» нашу стройку. Отдельно хочу отметить архитектора нашего храма Сергея Цыцина и коллектив компании «АМЦ-Проект». Помимо высочайшего профессионализма Сергей Викторович обладает очень важным качеством — он слышит заказчика, это очень важно, потому что коммуникация настоятеля с архитектором — важнейший момент проектирования и строительства храма. У нас сложилась дружная команда единомышленников, объединенная общей благой целью — возвести храм и социальный центр на берегу Матисова канала.

— Да, нам нужна любая помощь: не только деньгами, но и стройматериалами, — подчеркивает Ирина Захарова. — Те, кто окажет нам помощь в строительстве, должны понимать, что они не просто нам помогут — они помогут огромному количеству людей, которые смогут прийти в социальный центр и в храм. Люди будут знать, что здесь их выслушают и поймут. Иногда просто теплого слова бывает достаточно, как в стихотворении Вадима Шефнера: «Словом можно убить, словом можно спасти, словом можно полки за собой повести…» 

Меценат, глава фонда «Созидающий мир» Вячеслав Заренков

Дом для 224 душ

Жилой комплекс «Балтийская жемчужина» — один из новых районов города. В основном люди, не живущие здесь, видят его из окон машин или автобусов, когда едут в Стрельну, Петергоф, Ораниенбаум. Здесь город, в общем, и заканчивается (хотя пригороды и считаются районами Санкт-­Петербурга): с одной стороны территория будущего храма ограничена лесополосой.

Пока построен первый этаж. Он представляет собою обычное помещение со множеством комнат. Сейчас, поднявшись на второй этаж, где планируется собственно храм, видишь только Матисов канал, окружающие дома и огромное небо. Отец Сергий объясняет, что сначала введут в эксплуатацию первый этаж, где будет находиться социально-­реабилитационный центр для помощи людям, потерявшим своих родных и близких. Центр начнет функционировать, а храм тем временем будет достраиваться.

— Это будет дом для всех 224 душ — наших погибших детей, родных и близких, — говорит Ирина Евгеньевна. — На земле у них дом отобрали. Этот дом сможет объединить всех горемычных, всех, кто испытал горе. Любое — не обязательно быть жертвой терроризма. У нас много несчастных людей, и пойти им порой просто некуда. Вокруг — закрытые двери, а если человек попал в беду, у него зачастую не хватает сил в эти двери даже постучать.

— У нас в России в принципе не принято ходить к психологу, — дополняет отец Сергий. — Если у человека случается горе, он, как правило, приходит в храм. Но не всегда священник сможет уделить ему достаточно внимания — и в силу своей занятости, и из-за отсутствия психологических знаний. Бывает, человек никуда не приходит, переживает горе самостоятельно, и на этой почве у него может развиться депрессия, случиться инфаркт… или он просто начнет пить.

В социальном центре люди в сложных жизненных обстоятельствах смогут пройти курс психологической реабилитации. Занятия будут и групповые, и индивидуальные. Есть небольшая группа психологов, которые готовы работать в центре.

Отец Сергий уточняет, что «навязывать религию» здесь никому не будут: «Я убежден, что вера — личное дело каждого. В нашем центре люди смогут проконсультироваться у психологов, юристов, а кто захочет помолиться, поднимется на второй этаж — в храм».

Впереди еще много работы. Благотворительный фонд постоянно ведет сбор пожертвований. Социальный центр необходим фонду и как место для встреч. Когда Ирина Евгеньевна работала — она была директором школы, — была возможность собрания родственников погибших проводить в школе: «Но два года назад я ушла — просто сил уже нет, и теперь нам негде собираться». 

Ввод социального центра в эксплуатацию запланирован на конец года. Приходом и фондом создана некоммерческая организация «Дом под куполом», которая будет здесь работать. Помимо кабинетов психологов есть актовый зал для встреч и лекций, выставочный зал, изостудия, хоровой класс, просторный холл. В планах — организация кружков и студий для детей, куда будут принимать всех, независимо от религиозной принадлежности. Это будет востребовано: район новый, инфраструктура пока не очень развита.

Важная забота — чтобы людям было удобно. Не секрет, что во многих храмах нет ничего, что делало бы нахождение там прихожан мало-мальски комфортным. А в храме святого Димитрия Солунского все желающие смогут раздеться в гардеробе, на первом этаже — абсолютно доступные санузлы. Не забыли и о маломобильных группах населения: есть и пандусы, и лифт. Храм с социальным центром — современное здание, храм XXI века, спроектированное с учетом всех требований.

— Как только центр начнет функционировать, мы, конечно, поставим временный иконостас, будем совершать богослужения, — говорит отец Сергий. — Хочется, чтобы здесь возникло место притяжения не только религиозной, но и общественной, и культурной жизни района. 

Источник